Глаза ещё не открылись как следует, голова не начала работать, а упрямые ноги, повинуясь заложенной в самое подсознание привычке, понесли его на крыльцо, едва на за окном забрезжили первые лучики рассвета и запели петухи. Знакомо скрипнула дверь маленькой подсобки, которая служила ему комнатой последние годы, и вот-вот должен был раздаться голос отца, приветствующего с крыльца ранних пташек, уходящих на промысел в лес, но вместо этого…
- «Староста, ночью пришло сообщение из столицы», – непривычное обращение резануло ухо, и Жан наконец-то вырвался из цепких пальцев сновидений и широко открыл глаза посмотрев на вестника, – «в этом году рыцари прибудут на месяц раньше».
- «На целый месяц, чёрт бы их побрал», - мелькнула мысль, но молодой человек не позволил себе сказать этого в слух. Вместо этого он сделал шаг вперёд и похлопал траппера по плечу.
- «Всё в порядке, Сайрус. Мы уже собрали достаточно пушнины, чтобы король остался доволен, как всегда» - Жан врал, но врал сознательно. Жителям незачем знать, что он заплатит сборщикам из своих запасов. В конце концов так делал отец, так делал и дед, но теперь в семьи не четыре охотника и очень скоро подобные меры будут невозможны.
Посеченное холодом и временем лицо промысловика пушнины расплылось в доброжелательной улыбке. И он, часто кивая, бросился в след уходящим в чащу леса компаньонам.
Когда-то в семье Легран было четыре охотника. Томас – глава семьи. Самый опытный траппер в окрестностях и староста деревни Ла-Плоте. Роберт – старший сын. Надежда и опора. Наследник. Никто не управлялся с силком и луком также ловко как он. Касиан – приемный сын семьи Легран, осиротевший сын старого друга Томаса и он. Жан. У него тоже был свой талант, но не такой как у других. Жан родился с Даром, невесть как доставшимся ему от прабабки. Отец знал и крепко-накрепко запретил ему связываться с волшбой, но разве тут удержишься? Юный Легран мог Видеть. И с удовольствием использовал это в азартных играх, чтобы заработать немного.
В любом случае отец не разочаруется. Отца больше нет. Все изменилось всего за одну ночь, и Жан остался последним из семьи. Вынужденный подхватить хозяйство и бремя поста Старосты до ближайшего собрания деревни, Жан как мог старался не опозорить имени своих пращуров и братьев. Народ в Ла-Плоте не любил перемен, ведь Леграны долгие годы вели их к процветанию и благополучию, но сейчас… ему всего двадцать два…
- «Рано или поздно тебе придётся сказать им, что спокойной жизни пришёл конец, мальчик» - проскрипел позади знакомый голос и Жан обернулся.
Завёрнутый в лохмотья, как всегда чудаковатый – Матьё Барбаросса. Местный знахарь, травник и кое-кто ещё, но об этом знал только Жан. Старик ловко устроился в тени покосившегося свинарника и оставался незаметным для жителей, сонно плетущихся мимо крыльца Старосты. Неудивительно, что Жан не заметил его раньше.
Юный глава деревни кивнул и импульсивно взъерошил темные, сальные волосы.
- «Скоро это перестанет быть моей проблемой, Матьё. Скоро я с этим покончу.»

тг: ON3G1N
дис: 0N3G1N#8011
готов дать вотс, если не отдадите номер потом рекламе кредитов .D

у меня не грузится пикча со скриншотом, поэтому могу в тг бросить, прошу простить понять...

Лёгкие нещадно жгло от учащенного дыхания, сердце бешено стучало где-то в глотке, распространяя жар, словно кузнечная печь. Несмотря на плохую подготовку к быстрому бегу, Пантегинет чувствовал себя легко подобно птице, парящей над городом. Саднящие пальцы не мешали пирату держать джинна то за рукав, то за подолы одежды, подхватывая его под руку, когда надо слегка сменить курс. Они легко маневрировали средь толпы, благодаря присоединившимся членам команды. Чем ближе они были к площади, тем кучнее приходилось вставать друг к другу, но тем быстрее доходила информация о заторе впереди до капитана, чтобы в следующую секунду не спотыкаться о собственные ноги при очередном маневре.
Пока они бежали, Панти пытался сообразить стоит ли им идти к воротам и покидать город через сушу. Белые Мечи пока не знают, что в деле замешаны пираты, в порту Вольного берега их корабль был похож на все остальные, даже паруса белые, чтоб уж точно сойти за судно торговой гильдии. От пирса «Мола-Мола» отчалил не так давно, значит, ещё можно подать им сигнал дымом чтоб возвращались. По логике, раз огненный маг пришёл с моря, то уходить через море он посчитает плохой идеей, так как охраны там будет вдвое, а то и втрое больше. Возможно, Мечи тоже думают, что через море джинн уходить не будет и пойдет сушей. Выходы из города ограничены воротами, их охранять проще всего, а с морем им не совладать, значит и охраны там не так много. Риск есть, но он меньше, чем биться в воротах ыдалека от моря, где тебя ещё легко могут преследовать. Подтянуть подкрепление с моря будет сложнее, тем более не только у Белых есть флот.
Теперь спасение Элиха это дело принципа. Виндорд подумывал его кинуть, допросив по-быстрому, но такие безвкусные способы добиться своего его не устраивают. Надо чтоб с огоньком, да с реальным риском для жизни!
А риска ему хватало, мало того, что его могли затоптать в толпе, подойди они слишком близко к площади, так и никто не отменял того, что глаза ифрита могут привлечь внимание. Правда, это маловероятно. В такой неразберихе самое то заглядывать в глаза напуганным людям. Вот наблюдай кто-то сверху за течением людского потока, то легко бы заметил, как одна компания плавно перемещается то в один край, то в другой, избегая сильного давления. Почему-то на этот случай Панти ставку не делал, для него розыск джинна был не столь серьезной причиной для созыва чуть ли не королевской армии в город. Будет забавно, если сюда и рыцари в латах придут, и конница со всадниками, ну тогда точно Элиху даст волю сжигать город к чертовой матери.
– Вижу поворот! – выкрикнул один из сопровождающих и очень вовремя. Впереди уже была площадь, как раз на ней собрался народ и потихоньку успокаивался, ругаясь и оплевываясь от бега, наконец задав себе вопрос, «а нахрена бежали-то?».
Мужчина, принявший подарок капитана, не стал протискиваться в самый центр столпотворения. Прикрываясь полами плаща, он зажег фитиль бомбы и метнул вперёд, тут же начиная грести назад. Ему бы добраться до любого здания или столба, остальное уже не важно, свою задачу он выполнил. Взрыв прогремел прямо в толпе, умерщвляя и раня осколками бедных людей, тех кто подальше, оглушая звуком. Снова поднялся крик, волна людей хлынула от эпицентра, падая и давя друг друга. Напуганное стало не знало куда себя деть, перестав отличать землю от тел под ногами.
Пираты успели шмыгнуть в переулок до того, как из настигла волна, но кое-что другое все же до них дошло. Стрелы, вонзившиеся наконечниками в дерево стены, ясно дали понять, что их раскрыли. Счёт один:один, Белые, ищете плохо, зато догоняете хорошо.
– Блядская ж ты сука! Нас вычислили! – озвучил общую мысль капитан, слегка притормаживая. Вступать в бой пиратам сейчас не выгодно, пусть среди них чуть ли не каждый второй маг, по числу боевых голов их меньше. От силы человек шестьдесят наберется, только большая часть разбросана по городу, обеспечивая отступление к северным воротам, человек двадцать собралось вокруг Панти, когда он со своей группой прошёл по точкам «остановкам», собирая координаторов. Качество вооружения Белых выше, они-то и шли чуть ли не на войну, пираты же маскировались, стараясь не демонстрировать оружие народу.
– Какие действия, кэп!? – бросил кто-то из толпы ручных головорезов.
– Попробуем оторваться! – с этими словами, Пан выбился вперёд, не забыв поманить за собой Элиха. Будет лучше, если они теперь будут бежать впереди, а остальные прикроют тыл. Пираты обнажили оружие и были готовы встретить неприятеля из любого проулка или угла дома.
Пантегинет относительно помнил карту и пытался вспомнить безопасные ходы, но чем глубже они забирались в вены Фортуны, тем сильнее Ворон понимал, что путается и путает свою команду. Казалось бы, вот поворот на пересечении улицы Варэско и Штурдгайна, после него налево и прямо, там уже будет дорога к востоку. Как оказалось, завернув туда, Пан тут же затормозил, увидев перед собой тупик — стену дома. Его люди, не зная, только протиснулись глубже в «карман», встав, как вкопанные.
– Блять! Да ты прямо великий полководец, кэп! Ахуенно придумал! – вместо причитаний и нытья, мужики рассмеялись, став передразнивать недавно сказанное Панти о попытке сбежать от преследователей. Подходили, трепали по плечу, иронично хваля умение искать дорогу, пока один из них не поинтересовался куда именно Винлорд их вёл.
– На берег, там ничего нет, кроме песка и моря. Наверняка есть рыбаки, одолжим шхуну и доберемся до нашего корыта. – казалось, на этой наглой роже даже тени смущения нет за свою оплошность. Наоборот, гордо поднял подбородок и наконец освободил лицо от платка. Пусть Панти не знает точное количество преследователей, но их пока должно быть мало, может отряд из десяти человек, может чуть больше с других сторон подходят. Пиратам придется дать отпор, чтобы выиграть время для сверки с картой города.
– Стойте, мы разве не в Утеху по суше идем? Зачем на пустой берег? К тому же «Мола-Мола» давно с якоря поднята. – юноша с чёрной банданой на голове и светлыми кучеряшками, закрывающие уши, протиснулся между джинном и Панти, повисая на плече капитана.
– Точно! У кого дым есть? Подайте сигнал, пусть возвращаются. – отпихивая от себя матроса, направляясь к выходу из тупика.
Мда, загнали их как крыс в лабиринте. Интересно, а все те, кто использует поговорку о крысе загнанной в угол, знают как ведут себя грызуны в таком положении? Отчаянно защищаются и чаще выходят победителями, особенно если крыса жирная и не одну кошку на своём веку напугала.
– Элих, помнишь!? Никакого огня до сигнала! Здесь слишком мало места для маневра. – решив умолчать о том, что он может ненароком поджечь людей Панти, пират вышел из тупика, встречая своих отставших ребят.
– Рассредоточиться! Готовьсь к бою! – впервые за все время прозвучал настоящий командный капитанский тон, пробравший до мурашек изголодавшихся по бойне разбойников. Словно муравьи, они посыпались на улицу, выстраиваясь в кривую шеренгу вдоль улицы, чтобы не толпиться в «уличном кармане», встречая своих врагов со свирепым оскалом. Позади, в тупике, раздался хлопок, и столб красного дыма вознесся к серому небу. Оставшиеся двое человек в тупике, исполнили приказ и развернули карту города, чтоб понять где они и как выйти к порту.
Где-то в море недалеко от Вольного берега, в паре верст от суши, один зверолюд с львиной гривой приставил подзорную трубу к глазу. Он и без неë отчетливо видел «красный сигнал тревоги» из Фортуны и несколько очагов пожара в виде серого дыма, но не мог поверить, что в таком простом деле потребовалась помощь всей команды.
– Возвращаемся! Проклятые черти! Чтоб вас всех! – голос сорвался в львиный рык. «Мола-Мола» получила сигнал.

Лесопосадка, стала его единственным верным другом. Она не давала вести прицельный огонь, пули резали воздух, срезая ветки и пролетали со свистом то над головой, то где-то сбоку. Пока глухое "шёлк" не прекратило очередную атаку. Ворон пытался уйти вглубь, пустить противников по ложному следу.

Звуки шагов, где-то слева и сразу же за ними появился человек. Вернее тот кто на него был схож. Вампир? Судя по скорости именно он, Гримм успел спарировать его выпад и после нескольких неудачных атак, он вновь ринулся куда-то вперёд, лишь бы выйграть ещё немного времени. За время отсутствия зрительного контакта Ворон оставил ирден за своей спиной и встал в стойку. Чёртова шлюха, что лежит там, была сейчас не лучше куска мяса на полке, только приди и возьми.

Всё произошло как и ожидалось, кровопийца решил сыграть за счёт своих физических качеств. Как и ожидалось, он тоже не имел понятия с кем сражается. С помощью аарда, Ворон сумел остановить его порыв, хотя он и сумел выдержать удар и последующий поток. Но для него стало настоящим сюрпризом, неожиданное прекращение потока и зондер не успел блокировать его удар. Лезвие разрубило плоть, голова упала ниц на землю, окропив её бурой. За спиной раздался крик, что в то же мгновение был усилен, не без помощи игни. Автоматная очередь ударила по пламени, делая дуршлак из несчастного. Оттуда же раздалось бубанение и вспышка света ударила в тело, оттолкнув последнего на несколько метров.

Это было точно боевая магия, в этом Гримм был уверен на все сто процентов. А такая разношёрстная команда могла быть только у охотников. Но какого черта тогда происходит, почему его наняли или вообще, что здесь происходит? Примерно эти вопросы лезли в головы наёмника, покуда его тело заходилось в дивных пируэтах, с одной единой целью — выжить. Когда раздался очередной шелчёк, у него было время для своего манёвра, уйдя от очередной стрелы, Ворон сумел приблизиться чуточку ближе. Переждав очередной шквал огня, лишь чудом оставшись целым мужчина ринулся в атаку, на ходу сложив квен.

Именно это его и спасло, каким бы быстрым не был Гримм, но ему не хватало доли секунды, и вместо удара в область шеи стрелка, ему пришлось бить по стволу, тем самым уводя его в сторону. Но маг, что стоял почти в упор. Не более двух-трёх метров успел выпустить свою стрелу, что наконец достигла желаемой цели. Импульс стрелы и взрыва квена, спасшего наёмника опрокинул их на землю. Кого-то дальше, кого-то ближе.

Ворона ослепила яркая вспышка, от чего он машинально зажмурил глаза. А когда открыл их, лежал на земле в нескольких метрах оттуда где в него попали стрелой. На том месте остался след, что напоминал по манере своей нагар или может быть даже сажу. Тело отозвалось болью, не самая мягкая поездка на спине, оставившая не особо длинный след на земле, лишь свидетельствовал об этом.

Остриё клинка врезалось в землю и служило некой подпоркой для него. Встав на одно колено, ему пришлось выкрутить ещё один кульбит, стрелок к тому моменту тоже пришёл в себя и пытался завершить начатое. В самом кульбите, он вырвал клинок из объятия земли и метнул его, скрученное как юла, в его сторону. На удивление это сработало и клинок проколол его насквозь, где-то посреди грудины. Его автомат замолк.

Наёмник перевёл взгляд на волшебника, но тот всё ещё лежал. Подойдя ближе, на лице Ворона вспыхнула мимолётная улыбка. Волшебник, а точнее волшебница больше не доставит ему проблем, никогда. Волна откинула её прямиком затылком о камень, который пробил голову и оборвал её жизнь. По всей видимости, сегодня он был у Фартуны на высоком счету, раз она его уберегла. Подойдя к мёртвому стрелку, от него ударил сильный запах собачатины, как его привык называть сам Гримм, впрочем это лишь подтвердило его догадку. Вытащив клинок, он прислушался, не осталось ли ещё в живых несколько охотников из этой зондер команды. К счастью больше он никого не слышал.

Проблемой было и другое, старушка, она ведь тоже должна быть где-то здесь. Осмотревшись, он не смог вспомнить был ли здесь до недавнего события или вампирша игралась с Джоном где-то в другом месте. Вся эта беготня и нескончаемые кульбиты окончательно запутали его в серости происходящего. "Блядство!" Выругался мысленно наёмник, когда до его слуха донёсся еле слышный удар. Столь не значительный, будто капля в океане звуков природы, что окружала его самого. Пришлось изрядно напрячься, что бы найти источник звука.

Это заняло чуть больше двух минут. Впрочем если добавить к этому время, которое ушло на извлечение из тела клинка и его протирание о куртку неизвестного оборотня-убийцы, то и все три.

Старая вампирша лежала свернувшись калачиком. В некой мере это было мило, а с другой стороны жалко, что-ли. Его зрачки пришли в норму, чернота с них спала, как скорее всего и исчез звон из её ушей.
- Старушка, ты ещё здесь? - скорее номинально спросил Гримм - Обстоятельства изменились, мы теперь по одну сторону барикад. - после чего добавил - И даже не пизди, что не слышишь меня, ты вполне смело можешь говорить, хоть и с трудом. В общем я тебя заберу отсюда, попробуешь что-то выкинуть и я тебя порешу. - Джон хоть и вернулся в тело относительно недавно, но не меньше Ворона понимал, что скорее всего сюда придёт ещё одна команда. Если она и вовсе не на подходе.